Travelport с 25 октября

Почему рухнул Thomas Cook

Трое бывших руководителей Thomas Cook с начала 2000-х гг. сделали из небольшого частного туристического агентства огромную панъевропейскую группу, входящую в FTSE 100. Лично они на этом заработали десятки миллионов фунтов стерлингов в виде зарплаты и бонусов. Но они же посеяли семена будущего краха из-за долговой нагрузки и неспособности справиться с онлайн-конкурентами, считает Financial Times.

Историю краха Thomas Cook рассказали «Ведомости». С 2003 по 2011 г. гендиректором компании был Мэнни Фонтелла-Новоа. При нем Thomas Cook ввязалась в гонку слияний и поглощений, соревнуясь с немецким гигантом TUI. В 2007 г. компания потратила 1 млрд фунтов на слияние с MyTravel. Но радость от сделки вскоре была омрачена: всего через месяц TUI сделала аналогичный мощный ход – слилась с британским туроператором First Choice.

Потом было еще много сделок: с Co-operative Travel, с веб-сайтом Hotels4U.com, туристическим бутиком Elegant Resorts, Gold Medal (владелец интернет-турагентства NetFlights), немецкой турфирмой Oger Tours... В конце концов на европейском рынке осталось два лидера – британская Thomas Cook и немецкая TUI.

Но гонка оказалась неверным решением. К тому моменту, как онлайн-сервисы принялись разрушать традиционный рынок, Thomas Cook накопила огромные долги. В 2011 г. ее чистый долг составлял 891 млн фунтов, на выплату процентов компания потратила 122 млн. Компания понесла чистый убыток в 198 млн фунтов. Среди прочего компанию подкосили мировой финансовый кризис, рост цен на топливо, беспорядки на таких популярных направлениях, как Греция, Египет, Тунис. Капитализация туроператора упала до 148 млн фунтов (по данным Refinitiv, при IPO в 2007 г. капитализация превышала 3,2 млрд фунтов), а акции стоили не больше 14 пенсов.

В 2012 году новым директором стала Гарриет Грин. Ее команда рьяно принялась снижать издержки и реструктурировать долги. Это принесло плоды. При ней котировки акций Thomas Cook взлетели более чем на 680%, чистый долг уменьшился до 326 млн фунтов. Но фактически с 2011 г. Thomas Cook работала на погашение долга.

В 2014 г. г-жа Грин уступила кресло гендиректора Питеру Фанкхаузеру. При нем Thomas Cook получила первую за полтора десятка лет прибыль в размере 23 млн фунтов стерлингов в 2015 г. Но предупредила в отчетности о беспрецедентных изменениях на туристическом рынке. В 2018 г. убыток составил 163 млн фунтов стерлингов. А обслуживание долга обходится в 150 млн фунтов в год.


Г-н Фанкхаузер признавал, что компания менялась «недостаточно быстро». Он закрыл половину точек продаж в Великобритании и попытался увеличить продажи в интернете. Запустил больше маржинальных брендов – таких, как сеть бутик-отелей Casa Cook, стал развивать бизнес Thomas Cook в Китае, заключив соглашение с Fosun, которая в итоге вложила в бизнес более 200 млн фунтов, продал ряд активов и прибег к сокращениям. Но этого было недостаточно, чтобы получить деньги для погашения многочисленных долгов.

Большую часть минувшего лета Питер Фанкхаузер пытался договориться о сделке на 900 млн фунтов стерлингов с китайской Fosun, которая стала уже крупнейшим акционером Thomas Cook с долей в 18%. Но помешали банки: запросили гарантий на 200 млн фунтов на случай, если спрос в зимнем сезоне окажется низким.

Судя по свидетельским показаниям г-на Фанкхаузера Высокому суду, дыра в финансах компании достигла 3,1 млрд фунтов стерлингов. Суд решил, что бизнес нежизнеспособен, и постановил провести принудительную ликвидацию компании, не пытаясь спасти ее под внешним управлением.

Полный текст материала в «Ведомостях».

Свою и очень похожую версию краха Thomas Cook изложил в журнале Forbes генеральный директор «TUI Россия» Тарас Демура.


Г-н Демура отмечает, что с 2008 года туристический рынок начал меняться. На пятки туроператорам стали наступать агрегаторы типа Booking или Expedia, которые принялись переманивать пользователей в свой удобный интерфейс. В то время как одни туроператоры уловили тренд и начали внедрять динамическое пакетирование, дополняли пакет услугами и вводили собственный дифференцированный продукт, Thomas Cook сохранял фокус на массовый продукт, пока тот хорошо продавался.

Еще одна причина краха – огромные долги Thomas Cook, которые на протяжении последних лет увеличивались за счет разных факторов экономического, политического и природного характера.

Для некоторых международных туроператоров кризис в Великобритании смягчил плановый доход от других активов. Наглядный пример – TUI, вертикально интегрированная компания, которая управляет более 300 собственными отелями, круизными кораблями и авиафлотом, у нее есть свои принимающие компании в странах присутствия и гиды – то есть практически вся цепочка. Глубокая вертикальная интеграция позволяет компенсировать всплески на рынке и избежать участи заложника неудачного сезона, хотя управление дополнительными активами обременяет туроператора.

А у Thomas Cook практически не было своих отелей (в основном, арендованные объекты под управлением туроператора), ни транспортных компаний, ни гидов – со всеми контрагентами, как правило, работали на аутсорсе. Зато был флот более чем 100 самолетов. «Почему это не спасло?» – задает вопрос Тарас Демура, и сам же на него отвечает: «На рынке авиации все более ощутимой стала конкуренция лоукостеров, которые уже не просто предлагали низкие цены, но и туроператорские услуги».

С долгом 1,6 млрд фунтов компания Thomas Cook была не жилец, – резюмирует руководитель «TUI Россия». – Она нуждалась в гораздо большем финансировании, чем 900 млн фунтов, которые планировал Fosun. Это вряд ли бы оздоровило компанию, скорее оттянуло бы агонию. Лучшим лекарством для Thomas Cook стала бы смена бизнес-модели, но, кажется, один из старейших туроператоров оказался не готов. Он так и остался неповоротливым слоном в новой технологичной «посудной лавке», где теперь работают онлайн-агрегаторы, амбициозные лоукостеры и просто более гибкие туроператоры.

Полная версия материала в Forbes.