Тревелпорт

Тымовское – кулинарная столица Сахалина

Продолжаем рассказ нашего автора о путешествии на Сахалин.

Живет моя любезная хозяйка в поселке городского типа Тымовское (8,5 тыс. жителей). Это – одно из первых каторжных поселений на острове. Чехов бывал в нем (тогда поселок назывался Дербинское).

Своими кулинарными способностями моя подруга поспорит со многими московскими шеф-поварами. Угощала и потчевала она меня от души. Я отведала все, что только можно из сахалинских деликатесов: калуга вареная и копченая, сочнейшие котлеты из калуги, салат из сушеного папоротника, омлет по ГОСТУ (фантастика! 10 см высотой и без муки!), песто из черемши, маринованные лопухи, трепанги по-корейски, трубач вареный с корейским соусом, морские ежи, редиска по-корейски, гювеч из овощей, чимчи. Потрясающая сочная зелень по колено высотой растет в ее огороде. Лосося, который на Сахалине, как хлеб, всегда на столе, я пробовала во всех видах: уху из только что выловленной горбуши, копченую нерку, икру-пятиминутку. Всего не перечесть.

Посетили местный вполне приличный краеведческий музей муниципального статуса, 80 тыс. единиц хранения. Директор долго рассказывала о своих трудностях с помещениями, финансами. Да, музей расположен в полуподвале. Да, 400 кв метров – маловато. Денег, понятно, не хватает. А экспозиция очень и очень неплохая: каторга, Чехов, коллективизация, веселые нефтяные 70-е. Археология, палеонтология, флора и фауна и этнография.  

Меня отвезли на вечернюю дойку в соседний поселок Кировское. Чудесный человек с чертовщинкой в глазах, бывший председатель колхоза Николай Григорьев. Всю жизнь проработал в животноводстве, сумел удержать хозяйство, не дать развалиться стаду. 400 голов (250 дойных) теперь в его частном хозяйстве. Уникальная финская компьютерная установка, которая показывает все в корове: и болезни, и периоды случки, и жирность, и литры.

А коровы-то какие умные – каждая знает свой номер и подходят на дойку строго по очереди по семь штук за раз. Молоко Григорьев сдает за копейки монополисту-владельцу молокоперерабатывающего завода. Государство никак не помогает. Что будет, когда он уйдет на пенсию, которую он давно заслужил? Кто его заменит?  

Александров-Сахалинский: каторга вчера и сегодня

60 км до Александрова-Сахалинского мы ехали около двух часов: крутые перевалы и все тот же гравий. Городок, похоже, умирает: угольные шахты закрылись, как и лесоразработки – то, чем здесь жили со времен каторжан. Хотя уголь море вымывает прямо под ноги. Но процветает только торговля. 

Интересная деталь: поселок Дуэ находится в 15-20 км от Александрова-Сахалинского. Самый короткий путь до него – по берегу. Но поскольку Сахалин – вулканический остров с отвесными скалами и почти полным отсутствием береговой линии, то отрезок суши между отвесной скалой и морем – не больше 50 м. Приливы наступают мгновенно и непредсказуемо. Если тебя на этом отрезке суши настигает прилив, спастись некуда – на скалу не заберешься. И сколько, вы думаете, местных, зная все опасности, предпочитают сокращать путь по берегу, чтобы не тащиться по гравию и сопкам? Много. И тонут каждый год много. Пока мы гуляли и мочили ножки в Татарском проливе у мыса Жонкиер, море вынесло женский полуботинок и мужской сапог.

Чехов на Сахалине

Антон Павлович Чехов провел на Сахалине три месяца и три дня в 1890 году, с июля по октябрь. Дом, где он жил, недавно отреставрировали. Сегодня это очень милый музей. Мои выводы после прочтения его книги «Остров Сахалин», таковы: каторга – дело странное. Содержание каторжников обходилось дороже, чем выгода от их труда. В конце XIX века каторжников и поселенцев было на острове около 10 тысяч.

Только 5-7 человек были «тачечниками», то есть опасными рецидивистами, прикованными на день к тачкам, чтобы не убежали, и содержавшимися в тюрьме. Около 30 человек были «политические» – они жили по домам. Имели свои мастерские и магазины. С ними Чехову не дали общаться.

Остальные были поселенцами (кто отбыл наказание) либо исправляющимися (жили в домах, днем выходили на каторжные работы). Ссылали за бытовые и уголовные преступления, часто за мелочи. Идея была заселить и культивировать Сахалин с помощью такого «бесплатного» труда.

Ежедневно каторжным выдавалось 1700 грамм хлеба (огромная буханка) и фунт мяса. Плюс крупы и т.д. Но… государство не помогало людям инструментами для постройки домов или обработки земли. Все надо было бы привозить с материка и продавать через магазины, а это в обязанности чиновников ведомства наказаний не входило. Начального капитала государство тоже не давало, а просто строило избы на 1-10 семей (см. Чехова). Поэтому народу проще было после отбытия каторги опять что-нибудь своровать и попасть на госпаек, чем голыми руками строить себе дома, раскорчевывая леса, обрабатывать землю, имея одну лопату на деревню. «…И еще одно горькое наблюдение: вокруг уйма лесного зверья, изобилие дичи и рыбы, а народ голодает и питается одной черемшой», – писал Чехов.

Зачем Чехов поехал на Сахалин? Стоит вчитаться в его письма начала 1890 года: за очищением души, за свежим воздухом свободы, за познанием своей необъятной страны, иной жизни и самого себя ехал Антон Павлович. «Я еду, чтобы пожить полгода не так, как жил до сих пор», – говорил он.

Продолжение следует…

 

Лариса Михайлова, специально для RATA-news