Калуга

Алла Цытович: «Мне достаточно зайти в любой хостел, чтобы за минуту понять, во сколько он обходится и сколько приносит»

Менее двух лет назад Алла Цытович пришла в хостельный бизнес из финансовой сферы и в сложный для индустрии период открывает один объект за другим. Последнее достижение – получение кредита по программе Минэкономразвития под 8,5% годовых, который пойдет на модернизацию первого хостела компании.

- Алла, как вам удается заручиться поддержкой государства и банков там, куда другие хостельеры боятся даже сунуться?

- Конкретно по вышеупомянутой сделке причина проста: 80% выручки проходит по эквайрингу, банк видит обороты, выручка наличными пробивается по кассе и инкассируется. Управленческая отчетность – даже не в Excel, не говоря уже о бумаге, что встречается в хостелах, а в системе Bnovo, откуда скачивается нажатием одной кнопки. Банк впечатлился такой прозрачностью, результат – налицо.


Что же до успеха в не знакомом мне ранее бизнесе, то очень помогает многолетний опыт работы в банке. Отслеживаю причинно-следственные связи и предполагаю развитие событий: преуспеет бизнес или разорится, к чему склонится государство в том или ином вопросе. Так, например, мне было ясно, куда дует ветер в отношении «закона Хованской» еще несколько лет назад.

- Почему вы так резко сменили сферу деятельности и выбрали хостелы?

- О собственном бизнесе задумывалась давно. А банк, где я работала, специализировался на малом и среднем бизнесе. И там была программа помощи начинающим предпринимателям. Банк подбирал разумные франшизы с реальными бизнес-планами на более-менее незанятых рынках и с небольшой ценой входа – до 10 млн рублей. Тогда я и решила присмотреться. Приглянулся рынок хостелов. Изучала его около года, убедилась, что его зачаточное состояние в России – по крайней мере, по сравнению с той же стремительно развившейся сферой доставки еды, открывает определенные перспективы. И что мне вполне по силам разобраться в этом бизнесе, обойдя острые углы.

- Про «острые углы»: вы говорите, что знали, чем закончится ситуация с законом Хованской. Почему вас как бизнесмена это не смутило? И почему выбрали франшизу?

- По основному образованию я научный сотрудник, привыкла искать и анализировать информацию. Открытие объекта по франшизе дает определенную стартовую поддержку и ликбез. Второй момент: хостельный рынок в России сейчас совершенно не упорядочен, в отличие от гостиничного. На нем нет «хилтонов» и «рэдиссонов», да и вообще сетей: лишь небольшие объединения. Все на весьма кустарном уровне плюс очень плохо с аналитикой. После того, как я прошлась по трем десяткам объектов, мне уже было достаточно зайти в хостел, посмотреть, как распределены помещения и устроены расходы, чтобы за минуту понять, во сколько он обходится и сколько приносит. И это не подсознание, а многолетняя финансовая практика. Такого умения «видеть» и «чувствовать» цифры как раз и не хватает многим хостельерам. У международных гостиничных сетей – прекрасные аналитики, легко высчитывающие себестоимость номера, прибыли, тенденции и т.д. Чему нам еще учиться и учиться.

- С форматом – хостел+франшиза понятно. А как выбирали себе нишу?

- Я просмотрела 450 московских хостелов на Booking.com и поняла: заезжающие на несколько дней туристы – не моя аудитория. Зато интересно поработать с нишей миленниалов, которым нужен вариант проживания. Со временем сам формат «подсказал» и вариант коливингов – одного места и для жизни, и для работы. На что мы и переключились. Современной образованной молодежи хочется жить отдельно от родителей, не будучи привязанным к городу или стране, и чтобы при этом им было уютно и тепло, как дома у мамы, но с минимумом хлопот. Итог: насколько возможно «родная» обстановка, куча народу, с кем можно пообщаться в любое время, возможность уединения и комфортное место для ночлега. Ноль стирки и уборки – этим занимается горничная, никакой возни с коммуналкой и оплатой услуг риэлтора – это ложится на плечи хостела, отличное местоположение, как правило, в центре города. А круглосуточная доставка еды в Москве и Питере либо кафе по соседству решают проблему питания.

- Почему выбрали франшизу от Nice Hostel?

- Просмотрела порядка пяти хостельных франшиз, более-менее разумных по подходу и поддержке франчайзи. Выбрала Nice за самый разумный бизнес-план и обещание постоянной поддержки.

Параллельно побеседовала с российскими «франшизьерами» и убедилась, что у них мышление 90-х годов. Лишь бы выбить паушальный взнос, а дальнейшая судьба проекта их не интересует. Цены по бизнес-планам занижены вдвое-втрое: заявляется, что на хостел хватит 1,5 млн рублей, на поверку оказывается, что минимум 3,5-4 млн. Выручка завышена, расходы уменьшены, не учтены траты на заключение договора аренды, запуск, ремонт\перепланировку. Не заложены в план общественные пространства, что для современного хостела крайне важно.

Крупные европейские сети вроде A&O, котирующиеся на бирже и имеющие собственные университеты, в ближайшие лет пять в Россию не придут, потому что у них огромные объекты на 200-300 и более человек, мы их не заполним, у нас нет столько бэкпэкеров. Придет ли кто-то из Азии – не знаю, единственную серьезную заявку на успех видела в Индии. А именно – ОYО, сеть бюджетных хостелов и мини-гостиниц, она бурно развивается в Индии и других странах Азии. Оценка капитализации OYO – $5 млрд, недавно она получила $1,5 млрд от крупного международного фонда на дальнейшее развитие. Их основная фишка – абсолютная чистота и мощный бесплатный wi-fi, плюс технологичная IT-платформа, позволяющая собирать в сеть уже действующие объекты, а не строить с нуля. Эта модель позволила бы создать качественную сеть хостелов в России, но претендентов пока не видела. Думаем взяться сами, ищем инвесторов.

- Какие подводные камни для хостельеров прогнозируете в ближайшем будущем?

- С учетом того, что уже есть прямой запрет на размещение хостелов в жилых помещениях, обходные пути вроде переоформления объектов в сдаваемые в аренду квартиры недолговечны, какие бы уловки ни придумывались. В ближайшие два года это дело запретят окончательно.

Правда, насколько могу судить, около трети хостелов, де-юре находящиеся в жилых помещениях, де-факто расположены в нежилых: либо подъезд целиком выкуплен под офис, либо что-то похожее. Так что, скорее всего, кто-то в итоге придумает более удобный и простой механизм перевода «из жилого в нежилое», что позволит этой категории хостельеров легализоваться.

Еще достаточно сложный момент для хостельеров – запуск объекта и быстрое выведение на прибыль и высокую заполняемость. Здесь нужны навыки не только работы с онлайн-системами бронирования типа Booking, Expedia. Нужен хороший опыт прямого продвижения и SMM.

- Что составляет портфолио компании сейчас и на чем в основном зарабатываете?

- У нас три Nice Hostel, два – на Комсомольской площади в Москве плюс Nice Hotel Loft. Еще есть капсульный Log Inn. Все это коливинги, 70% постояльцев живут подолгу. Средний срок пребывания – 3,5 месяца, средняя загрузка по году – 80-85%, в пиковые периоды – 100%, небольшой провал лишь в новогодние праздники и в августе, но тогда приезжают туристы. Два объекта выводили на рынок к ЧМ-2018, заработки с него позволили собрать 1,5 млн свободных средств на запуск третьего хостела. Так и «играем»: на обстоятельствах, целевой аудитории, даже на принимаемых законах. И на госпрограммах: весной 2018-го подали заявку в акселератор Фонда поддержки социального предпринимательства, вошли в число победителей и получили небольшое финансирование, которое тоже пустили на новый объект. Считаем себя социальным проектом. Причем нас отличает от многих других российских хостельеров более глубокое понимание как клиента, так и рынка. На том и живем.

Кристина Голубева, специально для RATA-news