До начала действия электронной путевки осталось меньше двух месяцев, рынок к ней не готов

1 сентября 2023 года вступает в силу постановление №417 о порядке функционирования информационной системы электронных путевок. Документ определяет технологию передачи данных, без которых закон, принятый Госдумой в мае 2022 года, не может быть исполнен.

«Передача данных касается именно реализованных туров, а не отдельных услуг. То есть система напрямую касается работы туроператоров, которые создают туры, и турагентов, которые их продают», – сказал RTN глава правового комитета РСТ, генеральный директор юридического агентства «Персона Грата», автор телеграм-канала «Юридические новости-Туризм» Георгий Мохов.

По словам эксперта, появление такого обязательного инструмента существенно осложняет работу основных участников рынка. Однако пока ни туроператоры, ни турагенты не осознают в полной мере масштаб изменений.

«Но время разговоров закончилось, электронная путевка становится реальностью и турфирмам надо осознать новые обязанности, которые наступают с 1 сентября. Туроператорам предстоит озаботиться тем, как они будут вносить сведения в информационную систему, обговорить со своими турагентами все детали взаимодействия», – говорит Мохов.

Несмотря на неоднократные вебинары по технологическим и юридическим вопросам, касающимся электронной путевки, не все участники рынка понимают, кто конкретно должен вносить данные о реализованных турах. Например, турагенты уверены, что все проблемы на стороне туроператоров. А на самом деле именно на агентства ложится обязанность первичного заполнения «полей» электронной путевки, которая будет затем формироваться туроператором и передаваться в систему.

«Важно понимать, что функционирование электронной путевки не ограничивается обязанностями туроператора. Агентства должны передать сведения туроператору по соответствующей форме. При этом на рынке нет единого формата взаимодействия туроператора и турагента в электронном виде. То есть туроператор должен свести множество сведений, полученных от множества турагентов, в единый формат, так как поля электронной путевки – это установленная форма. Заметим, что у нас порядка 30 тысяч реестровых турагентов и 4,3 тысячи туроператоров. И почти у каждого свои формы договоров, множество различных программ автоматизации для заполнения форм. Так что масштаб проблемы понятен», – поясняет Мохов.

Одновременно многих сбивает с толку тот факт, что для туроператоров и турагентов по выезду ответственность за нарушение порядка передачи данных наступает уже с 1 сентября 2023 года, а для компаний по внутреннему и въездному туризму ответственность перенесена на год и наступает с 1 сентября 2024 года.

«Многие полагают, что перенесена обязанность внесения сведений в «Электронную путевку», однако из закона следует, что перенесена не обязанность, а ответственность, а это очень разные вещи. Отсутствие ответственности не означает отсутствия обязанностей. Независимо от специализации туроператоры и турагенты обязаны с 1 сентября начать передавать данные в систему. Если в законе написано, что запрещена реализация турпродукта без передачи сведений в информационную систему, то, соответственно, договор, сведения о котором не передаются, заключается с нарушением закона, даже если речь идет о внутреннем туризме. А это может использоваться в качестве аргумента, например, в суде при разбирательстве некоего потребительского конфликта. При этом сама система очевидно заточена под выездной туризм и совершенно не приспособлена для внесения сведений, например, об экскурсионном туре Москва – Ярославль с автобусом на сорок человек, не говоря уже о детском туризме», – уточнил глава Правового комитета РСТ.

В качестве ответственности закон предусматривает исключение туроператора и турагента из соответствующих реестров. Для выездных компаний такое наказание критично, чревато запретом на легальную деятельность – из-за серьезных проблем с получением финансовых гарантий для восстановления в реестре.

«Кроме того, необходимо подчеркнуть, что внесение данных в систему электронных путевок касается не субъектов рынка, а турпродуктов, то есть передачи сведений о заключенных договорах по выездному/внутреннему/въездному туризму. Последние годы у нас сильно смешались виды деятельности и ранее исключительно «выездные» туроператоры сейчас занимаются и внутренним туризмом. Аналогичная ситуация и с турагентами. Соответственно передачу сведений по выездному и внутреннему туризму придется как-то разделять. Кроме того, реализуется немало туров, которые трудно отнести или только к выездным, или внутренним. Например, туристы из Ростова-на-Дону едут поездом до Москвы, размещаются на один день в гостинице, затем отправляются в Турцию. Договор один, а у туристов фактически тур и по России, и выезд за рубеж. И подобных сложных конфигураций сейчас много», – заметил Георгий Мохов.

Еще одна сложность: ранее предполагалось, что передача информации осуществляется в конце месяца, в котором был куплен тур, но не позднее 15 числа следующего месяца, то есть раз в месяц общим реестром всех договоров. Теперь же срок изменен: туроператор должен передавать сведения о договоре не позднее, чем за 24 часа до начала оказания услуги, если договор заключен менее чем за месяц до выезда. «Введение динамической передачи данных серьезно усложняет процесс контроля за соблюдением срока, надо следить за всеми продажами и вылетами, чтобы передача сведений не вышла за пределы установленного срока. Это трудозатратная работа», – говорит эксперт.

При этом, по словам Мохова, дискуссионным остается вопрос о цене турпродукта, которая заносится в систему. В законе написано «общая цена турпродукта» и не уточняется, включая ли вознаграждение агента или дополнительную выгоду и стоимость допуслуг по договору. Ясности нет, туроператоры и агенты пока не договорились о способе и форме отражения этой цены. Туроператоры говорят, что не смогут передавать в государственную систему данные о фактической стоимости проданных туров, так как конечную цену устанавливают турагенты. В свою очередь, турагенты не готовы делить цену и показывать в договорах с туристами свое вознаграждение или заключать под это отдельные договоры.

Запуск электронной путевки может оказаться непростым еще по одной причине. Туроператоры сталкиваются с серьезными техническими проблемами. Им надо решить вопрос покупки и установки нового программного обеспечения, сертификатов безопасности или обновить свои действующие системы. И на интеграцию, и на доработку программного обеспечения внутренних информационных систем требуются значительные траты. Если не обеспечить автоматизированную передачу данных, то сведения в информационную систему придется передавать вручную, по десять минут заполняя каждую «путевку». Даже крупные туроператоры находятся в недоумении относительно масштабов задачи, не говоря уже о малых и средних компаниях.

«Лучшим вариантом в такой ситуации было бы выделение субсидий на подключение туроператоров к госсистеме, Минэкономразвития проводило бы обучение по работе с системой в специальном проектном офисе, бесплатно предоставило бы компаниям программное обеспечение и возместило расходы на модернизацию компьютерного оборудования. В противном случае большинство компаний, за исключением, возможно, 20-30 туроператоров, с этим не справятся, и закон только спровоцирует правонарушения, отправив значительную часть рынка в нелегальную сферу, причем не по вине самих участников бизнеса», – говорит Георгий Мохов.

Опрос о готовности рынка к применению электронной путевки, проведенный на телеграм-канале «Юридические новости-Туризм» показал, что протестировали и успешно подключились к системе лишь 4% респондентов. У 9% попытка была неудачной, 25% готовятся и изучают возможности системы. И более 30% «ничего про ГИС ЭП не знают и не понимают».

Светлана Ставцева