Интурмаркет 2020 02.10

Александр Зубков: «Северное сияние на Ямале такое, что от восторга голова кружится!»

Турбаза «Красный камень» наверное, единственная в Ямало-Ненецком автономном округе, где круглый год принимают гостей со всего мира. Александр приехал на север Полярного Урала из Санкт-Петербурга семнадцать лет назад. Его фирма «Арктида-тур», помимо услуг размещения, организует сплавы, заброски, походы – пешие и на снегоступах, горнолыжные и фототуры, разрабатывает индивидуальные маршруты и программы для групп. Александр Зубков рассказал RATA-news, чем привлекательно Заполярье – и для турбизнеса, и для туристов.

 

– Александр, почему вы решили переехать из Петербурга на Ямал?

– В 2001 году приехал сюда в командировку. Напросился с местными ребятами на прогулку в горы, а там ненадолго сбежал от компании – осмотреться, я же альпинист. И обалдел! Вернулся в Питер, посидел в офисном кресле еще какое-то время, а потом собрал рюкзак и уехал. Все больше узнавая этот край, пришел к убеждению, что туризм на Ямале может и должен быть востребованным. Четыре года назад сюда переехала и моя жена Ирина. Дети – их у нас четверо – уже взрослые, учатся-работают.

Вдвоем с Ириной мы и заправляем на турбазе. Держим несколько хасок, а с минувшей осени еще и двух оленей. Теперь гости в походах не будут носить рюкзаки, снаряжение повезут олени.

– Где расположена турбаза?

– В горах полярного Урала, на берегу реки Соби, недалеко от места, где проходит граница между Европой и Азией. От Салехарда это 70 километров. Километрах в 60 от нас, на другом берегу Оби – город Лабытнанги, в 12 километрах – поселок Харп. Мимо нас проходит железная дорога, по которой идут поезда «Полярная стрела» из Москвы, а также составы Воркута – Лабытнанги.

– И вы изначально были уверены, что есть смысл заниматься здесь туризмом?

– Ниша очень интересная. Во-первых, место с сумасшедшей энергетикой. Во-вторых, колоссальные ресурсы для развития активного, приключенческого, экстремального, этнографического туризма. Есть склоны для катания на горных лыжах. Фрирайдеры – и россияне, и иностранцы – ездят к нам постоянно, а снег в горах лежит до первых чисел июля.

Я много где побывал в России и за границей, но только Заполярье пронзило меня насквозь. Территория Ямало-Ненецкого автономного округа – как две Франции, а население – 500 тыс. человек, которое, в основном, сосредоточено в пяти городах. Можно путешествовать дни, недели, и никого не встретить – это своеобразные ощущения.

Недавно у нас гостила группа итальянских туристов-фотографов. Три дня жили в одном стойбище, затем отправились в другое, в третье. Были потрясены: многотысячные стада оленей, растянувшиеся до самого горизонта, чумы, приветливые местные жители. Иностранные туристы иногда хотят остаться в стойбище подольше, чтобы ощутить такую жизнь изнутри – готовить, шить, дрова рубить и т.п.

Приезжал, например, один француз. Пару раз побывал в стойбищах вместе со мной – и остался на целый месяц в семье ненцев Владимира и Прасковьи. Прошел с их оленями километров 70, помогал ставить чум и т.п. Потом вернулся в Париж, устроил там фотовыставку и показал фильм про свое путешествие – добрый, трогательный. Кстати, на ютубе довольно много и других фильмов про Ямал, которые выложили побывавшие у нас иностранцы.

В Салехарде есть турфирмы, предприниматели, которые предлагают выезды в тундру, на охоту, рыбалку. А вот турбаза наша – пока единственная, которая, существует на Полярном Урале. Сначала, признаюсь, на меня смотрели, как на человека со странностями. Сейчас многие приходят посоветоваться: мол, есть деньги, хотелось бы тоже построить базу. Ну я рассказываю, консультирую. Предупреждаю, что это довольно тяжелое дело, нужно иметь мужество начать проект в такой глухомани, кардинально поменять образ жизни.

 

– Вы планируете как-то развиваться?

– Принимать гостей на турбазе мы начали шесть лет назад, но все равно постоянно что-то доделываем, смотрим, как ее улучшить. Температуры ночные даже летом могут быть довольно низкими. Электричеством питаемся от высоковольтной ЛЭП, но периодически бывают отключения, поэтому держим несколько генераторов. Недавно поставили антенну, усилитель и роутер для интернета.

Сейчас у нас один теплый дом – три комнаты, кухня, туалеты, есть баня. Зимой комфортно размещается около двадцати человек, летом можем дополнительно принять еще двадцать. Есть все необходимое для размещения больших групп в палатках.

Но мы только в начале пути. Планов много, и турбаза в них не главное. Туристической, транспортной и вообще никакой инфраструктуры здесь почти нет, туристы передвигаются по вездеходным дорогам, которые достались нам от геологов. Колесная техника по ним не пройдет. Поэтому нам надо создать приличный парк комфортной вездеходной техники, желательно большой вместимости, типа шведских Haglunds или наших «Витязей», переделанных во что-то вроде передвижной турбазы. Денег надо много, поэтому поживем – увидим, получится или нет.

Да и вообще дорога к нам заканчивается за два километра от базы. Друзья предлагают помощь, чтобы ее продлить. Но я не хочу, чтобы здесь шашлычники появились, стали ездить автомобили – сразу пропадет очарование нетронутой природы.

 

– Откуда чаще всего приезжают туристы?

– На выходные приезжают местные, из Салехарда, семьями – дети возятся с собаками, оленями, взрослые ходят в горы. Многие уже стали постоянными клиентами, на турбазе у них даже есть любимые комнаты.

Летом принимаем, в основном, россиян, иностранцев лишь 15-20%. А вот зимой количество гостей из-за рубежа резко возрастает, едут и из Европы, из Китая, Индии, Малайзии, как правило, приезжают на неделю и больше.

– Какие туры вы предлагаете гостям?

– Тех, кто к нам обращается, прежде всего, расспрашиваю, отправляю фотографии и предлагаю варианты – сплав, пеший поход, поездку на оленях, нартах или вездеходе и т.д. А дальше обсуждаем, договариваемся.

У нас есть и однодневные радиальные маршруты к окрестным природным объектам – Шаман-камню, озеру Духов, водопадам, но это для тех, кто приезжает не издалека. С остальными придерживаемся такой политики: никаких готовых маршрутов с четкими графиками заездов, для каждой группы разрабатываем индивидуальную программу в зависимости от желаний и возможностей. Учитываем возраст и физическое состояние гостей – из-за особенностей климата Заполярья. Порой люди приезжают порой совершенно не готовые к нашим условиям, поэтому держим небольшой запас экипировки – куртки, брюки, обувь.

Например, к туристам из Юго-Восточной Азии в этом вопросе нужен особый подход. Они замерзают моментально, хотя мы укутываем их с ног до головы. Лицо-то на морозе, поэтому человеку кажется, что он сейчас замерзнет весь. Интересно, что многие иностранцы приезжают с обычными чемоданами на колесиках, искренне думают, что тут условия, как в Швейцарии или Австрии.

 

– А что обычно хотят увидеть туристы, когда к вам обращаются?

– На первом месте природа – водопады, скалы и т.д. Хотят покататься на оленях, переночевать в настоящем чуме, попробовать традиционные блюда коренных народов Севера. Местные оленеводы охотно принимают гостей в стойбищах, и мы их научили зарабатывать.

А еще у нас можно увидеть то, ради чего многие рвутся за Полярный круг – северное сияние. Планируя такое путешествие, мы обязательно смотрим прогнозы северных сияний, погоды. Есть признаки, которые подсказывают, когда приезжать в этом смысле бесполезно– солнце спокойное, магнитных бурь не будет. Но северное сияние у нас бывает такое, что от восторга голова кружится!

А как-то был в группе китайский турист, который всю жизнь мечтал увидеть северное сияние. И вот оно случилось, люди визжали от восторга. А китайца этого до трех ночи, пытались разбудить, вытащить на улицу. А он отмахивался – может, решил, что товарищи его разыгрывают, подшучивают, зная его страстное стремление увидеть эту красоту. Так и не вышел. Утром, когда увидел фотографии, реально плакал. Собирается еще раз приехать.

Многих интересует рыбалка, у нас с этим все в порядке. Блюда из сырой рыбы, строганину сначала гости боятся пробовать, а потом за уши не оттащишь. Охота тоже вызывает интерес. Но я, честно говоря, ее не люблю и не предлагаю, жалко животных. Все вокруг знают, что рядом с нашей базой с ружьем лучше не появляться – «Филиппыч прогонит в шею».

Хотя зверей здесь очень много – медведи, рыси, лисы, волки, росомахи, зайцы. Некоторых это пугает. Но нет зверя, который не боялся бы человека. Мы всех инструктируем, как себя вести при встрече с дикими животными. Встретить медведицу с медвежонком – это опасно. А если медведь один, то нужно растопырить одежду посильнее и заорать что есть мочи. Животное, скорее всего, уйдет. Если туристы идут в лес одни, отправляем с ними собак, чтобы охраняли.

Мне приходилось встречаться в одиночку и с волками, и с медведями. Как-то переходил реку вброд, смотрю – метрах в 15 от меня полярный волк с волчицей, огромные, весом побольше 100 кг, свирепые такие. Замерли мы, смотрим друг на друга. Я и начал орать: мол, ребята, давайте – кто кого? Они развернулись и ушли. В другой раз встретил волка, тоже сначала смотрели друг на друга пристально. Потом я осторожно полез в рюкзак – не за оружием, за фотоаппаратом, но он большими скачками убежал в гору.

 

– А как организовано проживание туристов в стойбищах?

– Это обычные чумы, в которых живут люди так, как жили и сто, и двести лет назад. Для туристов выделяют место в гостевой части, стелют шкуры, спят люди в спальниках. Хозяева обязательно угощают традиционными блюдами из оленины и рыбы, дают возможность поучаствовать в заготовке дров, наносить воды или снега, отправиться по ягоды. Вокруг дикая природа и условия жизни очень сложные. Чтобы выжить на Севере, нужно работать, поэтому дополнительные руки никогда не лишние.

Но не переживайте, в красивые места тоже обязательно отвезут, где можно полюбоваться природой и сфотографироваться.

 

– Что иностранцам больше всего нравится в таких ночевках?

– Они обычно ошарашены тем, что увидели – бытом коренных народов, их обычаями и гостеприимством. Уезжают с круглыми глазами, понимая, что вряд ли где-то еще такое увидят.

Но бывают и специализированные группы: кого-то интересуют только реки и озера, кого-то – пешие походы, а кого-то – минералы. Последнее – это особенный, небольшой сегмент, однако Полярный Урал для них – таблица Менделеева. Люди приезжают, чтобы пополнить свои коллекции минералов. Часто у нас останавливаются энтомологи, дендрологи, орнитологи, ботаники. В горы, в лес их водит Ирина. Она, кстати, специалист по лесовосстановлению. На таких клиентах особо не заработаешь, но общение с ними позволяет получать новые знания о природе, которые мы успешно применяем.

– Когда лучше приезжать Заполярье?

– Летом, конечно, прекрасно. Но есть одно известное «но» – полчища комаров и мошки, хорошо, что только в определенные периоды. Но это надо понимать и заранее подготовиться. Кроме того, необходимо учитывать и активность солнца. Ультрафиолета у нас больше, чем в Африке. Многие забывают об этом – на Север же едут. Пару раз нам приходилось снимать людей с маршрутов из-за солнечных ожогов.

Летом лучше всего приезжать во второй половине июня. В это время природа взрывается – все зеленеет и зацветает, и до первых чисел июля комаров и мошки еще нет.

Второй комфортный период – конец августа и сентябрь, бабье лето. Это три-четыре недели, когда комаров или мошки уже нет, каждое дерево одевается в свой яркий цвет, лиственницы стоят золотые.

В разгар лета у нас полярный день, а в конце августа уже есть ночи, полыхает северное сияние.

В зимний сезон я бы рекомендовал приезжать в марте. В это время ночью не сильно холодно, а днем уже может быть плюсовая температура. Снега-пухляка нет, он твердый, по пояс не проваливаешься, можно комфортно гулять, легко подняться на любую вершину, снегоступы не нужны. Природа в это время тоже великолепна: низкие багрово-красные облака, подсвеченные солнцем на закате. Пейзажи прямо-таки марсианские. И эта красота стоит с марта до конца мая.

 

Анна Вальцева, RATA-news

Версия для печати