Калуга

Алексис Деларофф: «Мы не видим никаких причин для замедления роста в 2017 году»

Алексис Деларофф – непосредственный участник зарождения и становления гостиничного рынка России. Впервые он приехал в Россию из Франции в 1997 г. – открывать первый Holiday Inn в Москве. В интервью «Ведомостям» г-н Деларофф рассказал, как эволюционировал гостиничный рынок России, что препятствует развитию внутреннего и въездного туризма в нашей стране и как будет меняться глобальная туристическая индустрия в результате развития новых технологий.

- Вы впервые приехали в Россию по работе в 1997 году?

- Я даже дату помню – 5 декабря 1997 года, в этом году будет 20 лет. 29 декабря 1998 года, в разгар кризиса, я открыл «Holiday Inn Виноградово». Там я работал до конца 2000 года, а потом у меня закончился контракт. Дела в гостиничном бизнесе и у InterContinental Hotels Group (владелец бренда Holiday Inn. – "Ведомости"), в частности, были не очень хорошими, и мне не предложили ничего интересного в Москве. Начал искать у конкурентов. Но и у них на том этапе ничего для меня не было, и мне пришлось уехать обратно во Францию. Поработал год в Disneyland, а осенью 2001 г. ко мне обратился бывший генеральный менеджер гостиницы Novotel в «Шереметьево», который стал генеральным по региону, и предложил мне присоединиться к Accor, чтобы открыть гостиницу Novotel на Новослободской. И я вернулся в Москву в начале 2002.

 

- С тех пор гостиничный рынок в стране вырос качественно и количественно. И все же, на мой взгляд, гостиничная индустрия в России сейчас находится на том же этапе развития, что розничная торговля 20 лет назад: тогда на долю розничных сетей приходились лишь проценты в общем объеме торговли, а сейчас в крупных городах их доля уже больше половины. Как вы считаете, гостиничным сетям по силам повторить этот успех в России?

- Конечно. Потому что маленьким гостиницам сложно получать хорошие условия по закупкам, хорошие условия от систем бронирования и т. д. В США 80% гостиничного парка – это бренды. Во Франции доля брендов – 45-50%, в Германии – меньше, потому что там очень много семейного бизнеса, и вообще, чем восточнее, тем меньше доля брендов. В России этого не было, но это придет. Рост есть, но он не такой быстрый, как в розничной торговле, потому что у нас нет формата гипермаркета, например.

 

- Гостиницу «Россия» в Москве снесли, а это был гипермаркет.

- Да, но в последние годы ее существования там было больше тараканов, чем клиентов. Думаю, что формат гипермаркета в гостиничном бизнесе не очень хорошо работает. В США есть такие гиганты – в Лас-Вегасе, по 2000-3000 номеров. В Европе – нет.

Это уже не гостеприимство, а конвейер. Я работал в Disneyland, у меня была гостиница на 1100 номеров – мне было неинтересно. Потому что ты не управляешь качеством, ты не встречаешься с людьми. Ты управляешь издержками: cheсk-in, cheсk-out, очереди на завтраки... Наверное, есть люди, которым интересно это, но мне в гостиничном бизнесе нравится общаться с сотрудниками и клиентами. Этого ты не можешь делать, когда у тебя 1100 номеров.

Думаю, Россия достигнет показателя 50% сетевых отелей, но это займет очень много времени. Потому что сейчас идет замедление темпа строительства отелей: ставки кредитования высоки, это делает строительство новых отелей очень дорогим. Тем не менее мы видим – инвесторы понимают, что им надо уходить от строительства только офисов, или только ритейла, или только жилья; есть интерес к развитию новых направлений в бизнесе, и отели теперь тоже входят в инвестиционный портфель разных компаний. Посмотрите, например, на бизнес АФК «Система».

 

- Насколько хорош был 2016 год для AccorHotels в России и других странах, за которые вы отвечаете, и чего вы ожидаете от 2017-го?

- 2016 год был очень хорошим. В России и СНГ мы открыли шесть отелей, более 1300 номеров, и среди конкурентов мы на первом месте по количеству номеров и гостиниц, открывшихся в прошлом году.

Наши драйверы роста – Москва, Санкт-Петербург, Сочи, Киев и Тбилиси. Это города, в которых лучше всего заполняемость, где доходность выше всего. Эти города – 40% нашего гостиничного парка и 60% нашей прибыли. Другие регионы с переменным успехом работают. Где-то неплохо – в Ростове, Калининграде, Ярославле. В Самаре было тяжело, в Чебоксарах – непросто. В Нижнем Новгороде у нас успешно работает отель Ibis, хотя в прошлом году там также открылись Courtyard by Marriott и Hampton by Hilton. Наш отель смог сохранить хорошие показатели, но, конечно, по сравнению с 2015 г. они ниже.

Мы не видим никаких причин для замедления роста в 2017 году, поэтому бюджет у нас заложен с большим ростом. И не только потому, что мы открываем новые гостиницы, но и потому, что существующие работают все лучше и лучше. Одна из задач на 2017 – поднять среднюю цену за номер. Потому что загрузки довольно высокие – в районе 70% и более (в Москве, Санкт-Петербурге, Сочи и Тбилиси). Когда нет номеров, ты не можешь в одну ночь взять и построить еще один номер, поэтому надо продавать подороже те, которые у тебя есть. Это нормально.

 

- Я видел список ваших запланированных открытий на 2017 год: «Ibis Октябрьское Поле», «Novotel Архангельск», «Ibis Иркутск», «Ibis Домодедово», Novotel в Алма-Ате, Mercure в Минске, Pullman в Баку и Ibis Styles в Тбилиси. Меня удивила в этом списке только Одесса, а именно бутик-отель под вашим новым брендом MGallery. Почему?

- Мы с собственником подписали одновременно два договора: строительство Novotel Resort на пляже Аркадия в Одессе и маленький отель MGallery на 50 номеров на Екатерининской площади. Для нас прибыльность этих двух отелей была интересна. Но по разным причинам проект Novotel отпал, остался только MGallеry, и мы решили продолжить строительство. Это будет первый MGallery в регионе, очень красивый отель. Гораздо лучше, чем «Бристоль» – самый лучший отель в Одессе на сегодняшний день.

 

- На ваш взгляд, в Москве, Петербурге, Сочи еще осталось место для люксовых отелей или эта ниша уже заполнена?

- Как показывает наш опыт, самые востребованные бренды – среднего ценового сегмента и бюджетные. Наверное, для одного из наших люксовых брендов – Sofitel или Fairmont – место еще есть. Думаю, в «Москва-сити», например, он был бы востребован.

 

- А есть ли в России какие-то места, где у вас сейчас нет и не планируется отелей, но хотелось бы открыть? Может быть, на Алтае, Байкале?

- Мы были с директором по развитию в декабре на Камчатке, в Хабаровске, Владивостоке, на Сахалине. Думаем, там есть потенциал. Очень хочется открыть отель на Камчатке, но там существуют «бутылочные горлышки». Одна из них – аэропорт. Он не может принять и отправить более одного самолета одновременно, на мой взгляд. Просто больше физически нет места, нет зала ожидания. Инфраструктура региона вообще очень непростая. Дороги есть в городе, но на выезде из города уже фактически нет удобного транспорта.

В этом году мы откроем гостиницу в Иркутске. Это не Байкал, но, тем не менее, те люди, которые приезжают в Иркутск на несколько дней, они оттуда и до Байкала доедут посмотреть на него. Байкал и его побережье – место для курортных отелей, это не совсем наша специальность. Поэтому мы и Алтай не сильно рассматриваем. Единственное исключение – горнолыжный курорт «Роза хутор», где у нас работает Mercure. Это другие объемы, другие возможности и другой потенциал – он огромный, и мы рассматриваем с нашими партнерами (структурами, связанными с Владимиром Потаниным. – "Ведомости") новые проекты там на плато. Кроме того, инвестор собирается увеличивать количество трасс для катания, так что там, вероятнее всего, мы еще один или пару отелей откроем.

 

- Комплекс рядом с Киевским вокзалом, объединивший отели Ibis, Novotel и Adagio, который вы открыли в прошлом году, стал самым крупным гостиничным объектом, появившимся в Москве после Олимпиады 1980 г. Что было самым сложным в этом проекте?

- Поскольку земельный участок расположен в зоне плотной застройки, то, насколько мне известно, строительные работы велись в очень сложных условиях. Кроме того там был плохой грунт. Но это наши инвесторы – группа «Патеро» – решали все эти проблемы. Для нас как оператора проблем фактически не было. Мы нашли сильного генерального управляющего комплексом, который приехал в Москву.

 

- Сколько у вас сейчас иностранцев среди управляющих отелями?

- В Москве на 16 гостиниц пять экспатов. Как ни странно, довольно сложно найти хорошего управляющего для отеля в регионе или отправить туда москвича. Есть иностранцы в Калининграде, Тюмени. В Самаре только что поменяли иностранца на российского гражданина. Россияне обучаются: если вспомнить 1992 год, когда мы открывали Novotel в «Шереметьево», то из 500 сотрудников было 45 экспатов.

 

- У AccorHotels есть соглашение с FIFA. Вы будете размещать официальные делегации во время матчей чемпионата мира по футболу-2018?

- Да, мы подписали соглашение. Но не с Match Accommodation (компания, отвечающая за билетную программу и размещение гостей ЧМ-2018. – "Ведомости") и не с FIFA, а с телевещателями – HBS. И это очень хорошее соглашение, потому что телевизионщики приезжают до начала ЧМ и остаются на некоторое время после его завершения. Работники, обслуживающие ЧМ, не будут систематически все громить, что выгодно отличает их от болельщиков. Кроме того, договор подписан для всех гостиниц и во всех городах, где будут проходить соревнования ЧМ. Единственный город, в котором у нас не будет отеля во время ЧМ, – Волгоград.

 

- AccorHotels купила гостиничную группу FRHI. На ваш бизнес в России это как-то повлияло?

- У нас добавилось четыре гостиницы в регионе. Это пока не сильно влияет, но, поскольку мы находимся в России и хорошо знаем этот рынок, думаю, что девелопмент брендов, принадлежавших FRHI, – Fairmont, Raffles и Swissotel – ускорится. Команды уже интегрируются. Сейчас в рамках AccorHotels создается подразделение люксовых отелей, и управлять этим подразделением будут бывшие сотрудники FRHI. Потому что мы купили FRHI не только из-за брендов, но и из-за ноу-хау и экспертизы в люксовом сегменте.

 

- Консолидация – явный тренд отельного рынка. Что она дает гостиничным сетям?

- Действительно, Marriott и Starwood объединились, сейчас китайцы выкупили Rezidor и покупают, кажется, Hilton. Мы сами купили сеть FRHI и становимся партнерами и акционерами других компаний, таких как 25hours Hotels. Потому что игроки должны быть еще крепче, больше, чтобы противостоять внешней угрозе в виде Booking.com.

 

- Что дает размер? Меньшую кредитную ставку? Но ведь у вас теперь два десятка брендов. Сложно же оперировать таким количеством?

- Нет. Например, во Франции нам не хватает брендов. У нас там более 1000 отелей и иногда пять гостиниц Ibis в одном городе. Открывать шестой Ibis собственник уже не хочет, он хочет что-то новое. В странах с менее развитым гостиничным бизнесом этот вопрос еще не возникает, но в какой-то момент возникнет. В Россию и СНГ уже пришел очень большой аппетит ко всему новому – в частности, большой интерес к 25hours Hotels в некоторых регионах.

 

- Airbnb и Booking.com для вас серьезные конкуренты?

- Booking.com – сильнейший игрок на рынке России и СНГ. Это основной наш конкурент, но всем известно, что у него нет отелей. Booking.com пользуется нашими отелями и зарабатывает большие деньги. Он силен, но с ним надо работать. Есть города, есть сезоны, есть специфические отели, где он очень нужен. Но в Ярославле, Калининграде или Сочи на Новый год он нам абсолютно не нужен. Мы можем заполнять отели сами, через наши собственные каналы и не платить сумасшедшие комиссии.

 

- Airbnb не такой сильный? Даже в Петербурге?

- Для нас Airbnb сегодня не основной конкурент. Загрузка наших гостиниц в Петербурге очень высокая. Думаю, в следующем году останется такой же, но средняя цена продаж поднимется. Как вы знаете, Airbnb сильный игрок в Западной Европе, и даже там не везде: в Париже и Лондоне – сильный, но в Берлине – уже не такой. Он сильный там, где есть огромный спрос, огромный рынок, например в Майами. Он силен там, где законодательство несовершенно. В Нью-Йорке он был запрещен: власти города хотели, чтобы Airbnb выдавал всех, кто сдает квартиры, чтобы те платили налоги. Airbnb не согласился, и эту опцию в Нью-Йорке закрыли.

А Россия – не то место, где ему интересно развиваться: недостаточно приезжающих. Основной туристический бизнес в Питере – это групповые туры. Китайцев очень много, но они не будут использовать Airbnb. Может быть, когда Россия откроется и полностью отменят визы, когда хлынут индивидуальные туристы, тогда Airbnb может стать серьезным конкурентом.

 

- Количество туристов из Китая в России значительно растет. В ваших отелях что-то меняется, они становятся China friendly?

- Мы давно уже компания China friendly. Мы действительно видим, что приезжает очень много китайцев, особенно летом. И иногда даже приходится регулировать баланс между группами и индивидуальными клиентами, чтобы для индивидуалов оставалось место в наших отелях. Этим надо управлять. Чтобы не оказалось так, что в гостинице на 150 номеров тургруппы заняли 100 номеров. И ты приходишь на завтрак и не понимаешь, куда ты попал, где твое место: шведские столы пустые, а у сотрудников даже нет времени принести еду из кухни. Это неправильно. Поэтому необходимо найти правильный баланс между групповым бизнесом и индивидуальными туристами. Это очень важный момент, иначе индивидуальные туристы больше не будут возвращаться к нам.

 

- На ваш взгляд, какие драйверы существуют для дальнейшего развития туризма в России? Есть оценка в 55 млн ночей в 2016 г., и некоторые считают, что это пик внутреннего туризма: больше неоткуда взяться в стране новым туристам, денег у них больше не станет и еще больше ездить они не будут. Остается надеяться только на въездной туризм? Или внутренний тоже может расти?

- Может расти. Как правило, внутренний туризм – это 80% любого туризма в любой стране Европы, поэтому он должен расти. Проблема России – инфраструктура и постоянно исчезающий при каждом кризисе средний класс. Например, вчера из Москвы я ехал в Ярославль, 200 км, в Европе это расстояние преодолеешь за два часа, а здесь, если очень повезет, за четыре. Инфраструктурные проблемы тормозят туризм. На Камчатке ты не можешь доехать до долины гейзеров, туда летит только вертолет. Пока эти вопросы не будут решены, бурно развиваться туризм просто не может.

Но посмотрите, как быстро развивается туризм, когда инфраструктура есть, например в Сочи. Я не верил в Сочи. Мы зашли туда только потому, что туда пришел наш давний партнер, и потому что все туда заходили. Но теперь я поражен, насколько все хорошо там работает, насколько хорошо там чувствует себя наш бизнес.

 

- Вопрос про будущий пейзаж туристической индустрии. Есть мнение, что турагентства, работающие на средний класс, исчезнут – люди будут планировать путешествия самостоятельно. Останутся только агентства, составляющие индивидуальные программы для богатых, и турфирмы, предлагающие пакетные туры для людей с ограниченным бюджетом. Как это может повлиять на гостиничный бизнес?

- Думаю, так и будет. Мало кто приходит из агентства, чтобы забронировать себе проживание. Я для своих поездок по Европе сам все делаю на компьютере. Поэтому AccorHotels создает такой цифровой продукт, который позволит охватить все этапы планирования путешествия. Сначала турист решает, куда ему поехать, заходит на наш сайт и видит там разные предложения по отелям. И он сможет забронировать на нашем сайте не только гостиницу, но и, в среднесрочной перспективе, автомобиль, авиарейсы и т. д. Поэтому мы купили консьерж-сервис John Paul – он дает возможность работать с клиентом до его приезда в отель и после отъезда из отеля.

 

- Как цифровые технологии меняют гостиничный бизнес, какие новые услуги могут появиться в ближайшем будущем?

- Они будут касаться в основном этапов планирования путешествия. Онлайн cheсk-in и cheсk-out в наших гостиницах уже есть. Но в России в гостинице при заселении все равно надо предъявить паспорт. А при выписке бизнес-путешественникам необходим фискальный чек – иначе они не смогут отчитаться о командировке. Поэтому есть ограничения. В Европе же наша задача – по максимуму поднять онлайн cheсk-in и cheсk-out, чтобы не создавались очереди по утрам, когда выписываешься, а когда приезжаешь вечером, достаточно просто сказать: вот я такой-то, вот мой паспорт, дайте ключ. Ключ уже готов, и ты идешь в номер.

 

- Какие профессии в отеле останутся, какие исчезнут из-за расширения цифровых услуг?

- Думаю, что все останутся. Потому что гостиничный бизнес – традиционный, трудоемкий, человеческие руки всегда будут нужны. Фронт-офис останется, но будет больше представлен в виде консьержей, сопровождающих. Человеческий контакт и человеческие руки ничто не заменит. Даже если на кухне ты получаешь пластиковые пакеты с готовой едой, их все равно нужно разрезать, разложить содержимое по тарелкам, разогреть – и сделать все красиво. Возможно, вместо 20-30 поваров будет только пять, но они останутся. Думаю, что структура персонала в гостинице не сильно изменится.

 

www.vedomosti.ru

Версия для печати