Калуга

На Алтае воссоздали историю «оздоровительного лагеря» системы ГУЛАГ

Алтайские туроператоры хорошо знают директора Топчихинского районного краеведческого музея Сергея Поздина по работе с маршрутами рудного Алтая. Гораздо меньше известно о еще одном проекте, которым он занимается 20 лет. Исследователю удалось собрать рассказы очевидцев о раскулаченных, арестованных, сосланных в необжитые районы Сибири обитателях Чистюньлага – оздоровительного лагеря системы ГУЛАГ.

Материалы пяти комплексных историко-краеведческих экспедиций стали достоянием музея в Топчихе. «Во времена Российской империи Алтай избежал участи именоваться местом каторги и ссылки народов. Однако в 30-е годы XX века на его территории появился монстр ГУЛАГа – Сибирский лагерь НКВД и его Чистюньский, Бийский, Чуйский, Чамальский, Верхнеобский, Шемонаихинский лагерные пункты и отделения. Чистюньлаг был самым крупным. В 40-е годы на Алтай выселяли целые народы – немцев, поляков, украинцев, калмыков, чеченцев и др. Так получилось, что эти люди теперь наши земляки», – говорит Сергей Поздин (на фото крайний слева).


По его словам, тема исправительно-трудовых лагерей и их подразделений на территории Алтая сегодня одна из наименее изученных. Нет точного перечня лагерей, существовавших в Западносибирском крае, куда до 1937 года входила территория Алтая. Нет четкой картины, как были организованы лагеря, каким было их хозяйственное назначение.

«Я собирал данные, чтобы осветить историю самого крупного из существовавших на Алтае исправительно-трудовых лагерей – Чистюньского. До 1932 года Топчихинский район назывался Чистюнькинским – отсюда и название. Известно, что лагерь был образован в 1932 году и первоначально считался отдельным пунктом Сибгала. Официально подтверждено, что в то время было расстреляно 78 человек, на самом деле – значительно больше.», – говорит историк.

С 1946 года Чистюньлаг называли оздоровительным лагерем системы ГУЛАГ. Сюда привозили истощенных людей, откармливали, отправляли на комиссию, чтобы потом распределить по другим лагерям. Это был своего рода курорт для заключенных, которые от изнеможения не могли даже выйти из вагонов без посторонней помощи.

Отделения Чистюньгала после расформирования лагеря в 1953 году стали населенными пунктами. Например, Кировский – это бывший центральный лагпункт – Комендантск, Ключи – бывшее третий и четвертый лагпункты, Топольный – шестое отделение и т.д.


Немало число заключенных Чистюньлага оставались работать в лагерях вольнонаемными, некоторые поступали на службу в НКВД, потом МВД СССР и дослуживались до высоких званий и чинов. Набралась целая галерея таких судеб. Сергей Поздин в разговорах с очевидцами пытался понять – что двигало этими людьми? Почему они не вернулись на родину, а предпочли работать и служить истязавшей их государственной системе и даже непосредственно карательному органу системы – НКВД?

Выяснилось, что с преобразованием Чистюньского ОЛП в Чистюньский оздоровительный лагерь менялись и условия содержания заключенных. В хозяйстве на откорм свиньям шла красная рыба, которая доставалась и лагерникам. Как вспоминают жители окрестных населенных пунктов, заключенные Чистюньлага в тот период активно помогали продуктами голодным сельчанам.

На стенах в музее, созданном Сергеем Поздиным, множество артефактов: фото лагеря, его обитателей и «вертухаев», расстрелянных, схемы размещения объектов, которые удалось восстановить. Есть уникальный стенд с фотографиями сотрудников лагеря. На стене нацарапаны имена людей, которые сидели в лагере. Здесь же копии постановлений о расстреле и выписка из акта о выполненной работе, данные о расстрелах по сфабрикованным делам финской, немецкой, польской контрреволюционных групп.


«Все это горько и больно. Но говорить об этом надо – ради тех, кого записали во «враги народа». Сейчас, опираясь на материалы архивов и воспоминаний очевидцев, мы имеем возможность более вдумчиво заглянуть в прошлое, задать себе вопросы: как могло произойти, что люди, искренне верившие и боровшиеся за советскую власть, вдруг оказывались в лагерях?» – рассуждает Сергей Поздин.

Сейчас в музей приходят и бывшие заключенные, и их дети, приезжают из Барнаула, Москвы, Германии, Финляндни, Великобритании. Сергей Поздин продолжает искать тех, кто когда-то был связан с лагерем в Топчихинском районе. Письма и истории этих людей тоже становятся достоянием музея.

Наталья Рудакова, специально для RATA-news

Версия для печати