В ОАЭ запустили скоростные поезда между эмиратами

- Это своего рода историческая реконструкция. В наших охот-турах, охот-шоу и на событийных мероприятиях мы пытаемся до деталей воссоздать то время и конкретную, ныне утраченную традицию.

Царские псовые охоты проводились в России в течение 400 лет – все время правления дома Романовых. На охотах люди знакомились, решали вопросы, искали невест и женихов.

После революции 1917 года в России всё, что было связано с царской псовой охотой, было засекречено. Русских псовых борзых в прямом смысле слова истребляли по приказам НКВД, потому что считали их атрибутом дворянства. Только с 1996 года появилась возможность познакомиться с книгами и историческими сводками, которые касались организации псовой охоты.

В прежние времена у этих мероприятий была не только светская функция. Они защищали хозяйства от диких зверей, например, от волков, которые могли уничтожить и скот, и людей. Содержание псарен и тренировка собак для охоты считалось очень важной работой. К 1929 году, когда в России истребили почти всех русских борзых, страна столкнулась с большой проблемой: поголовье волков увеличилось, они стали наносить вред народному хозяйству. Тогда советская власть вспомнила про борзых и разрешила сохранять и культивировать породу.

Поэтому, одной из наших задач я считаю популяризацию русских борзых. В России сейчас разводят разные коммерческие породы, которые никакого отношения к нашей стране не имеют. Хаски, лабрадоры, ретирверы и многие другие более раскручены, чем борзые, и это обидно.

- Какие еще атрибуты времени и царской охоты, помимо самих собак, вы демонстрируете в ваших турах?

- С помощью историка моды пошита коллекция костюмов для участников туров. За каждым нарядом – своя история и назначение. Красный – для выжлятника, охотника, который работает с русскими гончими. Синий – для борзятников. Для дам – амазонки, прогулочные платья, удобные для верховой езды. По-своему на охоте одеты ловчие, распределители, доезжачие и представители других должностей.

Во всех наших турах мы обязательно проводим мастер-класс по роговым сигналам. Они воссозданы по записям, которым более ста лет. Сигналов много, они нужны, чтобы все участники, в том числе собаки, знали, что происходит, и могли ориентироваться: подняли лису, зайца, волка, охота уходит вправо, охота уходит влево и т.д.

Кроме того, мы рассказываем, что на царских псовых охотах были свои кулинарные традиции. Например, в первый день не готовили ничего мясного, это можно было сделать только после того, как добыча взята.

- Вам не кажется, что идея возрождения псовой охоты должна была родиться где-то в центральной части России, а не в Сибири?

- В прошлом году я специально ездила в село Першино, в Аксеновский район Тульской области. Это место, где стояла Першинская усадьба, в начале XX века – лучшее охотничье хозяйство мира, которое возглавлял родной дядя Николая II князь Николай Николаевич Романов. Дворец сейчас разрушен, стоят только вековые ивы. А в свое время многие иностранцы мечтали попасть в Першино так же, как в Эрмитаж. Насколько мне известно, пока никто не занимается этой темой. Почему царскую охоту не возрождают ни в Тульской области, ни в других регионах, не знаю. Но на Алтае было много ссыльных, в том числе дворян, которые привозили и своих собак. Они проводили здесь псовые охоты. Но, конечно, не в таком масштабе, как это было в центральной части страны.

Правда, есть конная база «Аванпост» в Москве, которая приглашает псовых охотников для таких мероприятий, но их основное направление все-таки лошади.

- Какие программы и туры вы предлагаете?

- Во-первых, событийные мероприятия к началу охотничьего сезона и не только. Последнее прошло 30 сентября. Участие в нем бесплатное. Мы организуем там мастер-класс по роговым сигналам, экскурс в историю охоты и костюмов, демонстрируем тренировку русских псовых борзых и сокола. В качестве добычи – искусственная шкурка, имитация зверя.

Что-то подобное проводят во время спортивных мероприятий на Международных играх кочевников. Команда нашей фирмы, кстати, в следующем году будет представлять на них Российскую Федерацию.

Второй вариант – это охот-шоу. Одно-двух-трехдневный тур с историческим погружением, своего рода квест, в котором программа событийного мероприятия адаптируется под интересы конкретной группы. Часто это корпоративные заезды. Третий вариант – собственно осенняя охота на дикого зверя, которую мы также можем организовать. Больше всего заявок на охот-шоу. Но есть люди, которым после такого погружения хочется попасть на настоящую охоту.

- Почему решили быть туроператором, а не поставщиком услуг для других компаний?

- Чтобы быть поставщиком, надо иметь мощного туроператора-партнера. Но когда мы начинаем переговоры о сотрудничестве, все отвечают, что перелет на Алтай дорогой, мы не можем себе позволить такую ответственность и гарантировать набор группы, а ради одного-двух человек браться за это не будем. У нас же только в организации одного шоу задействованы около 30 человек.

Наш продукт специфический, мало кто готов вникать в его тонкости и брать на себя ответственность за продвижение и продажи. Поэтому мы сочли, что лучше сразу стать туроператором. К тому же, без этого, мы не можем рассчитывать на прием иностранных гостей в регионе, а это то, на чем мы планируем сосредоточиться в ближайшее время. Мы вошли в Алтайскую региональную ассоциацию туризма, участвуем в отраслевых выставках, которые приносят нам новых партнеров и клиентов.

- Кого вы изначально видели своей аудиторией? Ожидания совпали с реальностью?

- Изначально мы сделали ставку на продвижение наших туров среди отдыхающих в Белокурихе, ведь это совсем рядом, но она не оправдалась. Интерес к нам есть в крупных городах – Барнауле, Новосибирске, Москве. Много корпоративных заявок. Их количество хоть и подкорректировал кризис, но заказы есть уже на 2018 год. Начали налаживать международные связи, очень бы хотелось, чтобы приезжало больше иностранцев. Исторические туры могут быть интересны всем – и детям, и подросткам, а не только взрослым мужчинам, как многим кажется.

На наши охот-шоу приезжают люди разных профессий и возрастов. На фестивале по поводу открытия сезона в этом году были гости от 3 до 76 лет. Из Кыргызстана прилетел Алмаз Акунов, президент федерации Салбурун (национальный вид соколиной охоты). В это время он должен быт ехать в Катар на охотничью выставку, участие в которой – билеты и проживание – оплачивала принимающая сторона. Но предпочел отправиться к нам, потому что мечтал побывать на русской псовой охоте.

Больше всего наши туристы любят костюмы! Хотят поскорее примерить и сделать фотографии. Особенно захватывает подбор головных уборов, у нас их много. Переодеваясь, люди буквально преображаются, входят в образ – появляется грация, осанка. Женщинам этот процесс чем-то напоминает примерку свадебного платья.

- С какими впечатлениями уезжают?

- У многих возникает желание приехать еще раз, но уже в своем собственном костюме. Вот сейчас как раз помогаю двум девушкам подобрать модели и ткань, чтобы подготовиться к Масленице – это наше ближайшее мероприятие. Они же собираются брать уроки по выездке, чтобы красиво держаться в седле.

Кто-то, побывав у нас, решается приобрести русскую борзую. Одна моя знакомая давно держит лошадей, она наездница высокой категории, и вот недавно купила собаку. В прошлом году участвовала на Масленице в нашем параде на своем белом шикарном жеребце и с борзой. Равнодушным никто из наших гостей не остается: подписываются на соцсети, следят за новостями, делятся фотографиями, стараются не пропускать наши мероприятия.

- Много ли русских борзых на Алтае?

- Это очень малочисленная порода. В 2016 году я стала председателем секции борзых в Алтайском крае при Росохотрыболовсоюзе. В этом году перед Масленицей у нас была выводка, приехали 13 собак из Барнаульской и Бийских зон, еще несколько есть в степных районах. Но животных с документами, которые подтверждают породу, думаю, не более 10.

Кстати, русская борзая – очень дорогая собака в Европе и в Америке. Символ императорской России. Стоить она может как спортивный автомобиль. Это высокие – до 90 см в холке, грациозные животные, которые во взрослом возрасте весят около 40 кг. Сухие по конституции, очень мощные. Чтобы держать их во время охоты, нужна большая сила. Поэтому в турах с собаками работают только наши сотрудники. На выставку «Интурмаркет» мы приглашаем московских коллег по Росохотрыболовсоюзу. Они с удовольствием идут навстречу, потому что понимают, что мы сохраняем утерянные культурные традиции и популяризируем породу.

- Сейчас мир идет по пути гуманизации, сильны зоозащитные движения противников использования животных в пищу, для производства косметики и т.п. В каком виде, по-вашему, в XXI веке должна существовать охота?

- По образованию я эколог-аудитор и в этих вопросах разбираюсь. Поэтому категорически против охоты на снегоходах, а также с использованием мощного оружия, потому что это уже истребление. Настоящая охота – скорее спорт. Зимой на лыжах вытропить зверя с собакой, пройти 20-30 км – нужны опыт, выносливость. Охота псовая – самая гуманная, при ней не бывает подранков, как при огнестрельной. И всегда есть возможность сделать так, чтобы собака не взяла зверя, если цель – испытать себя, полюбоваться погоней и мощью борзых. Их спускают на несколько секунд позже, и добыча уходит. Это, по-моему, очень правильно.

Охота сегодня должна быть спортивной и исторической. В начале сентября я побывала в Киргизии, где на берегу Иссык-Куля проходил 48-й закрытый форум IAF – Международной ассоциации соколиной охоты и охраны хищных птиц. Там собираются представители стран, где сохраняют традиции исторической охоты. Помимо меня от России был представитель компании «Курорт Белокуриха» Олег Акимов. Я поехала, чтобы поддержать отношения с коллегами и пригласить их на наше мероприятие. Олег Акимов ездил с другой целью: возле Белокурихи сейчас учреждается природный парк «Предгорья Алтая», одной из функций которого будет сохранение диких соколов в природе. На форуме было много профессионального общения о том, какие мероприятия нужно провести, какие положения разработать и принять, чтобы правильно стартовать.

Во многих странах созданы спортивные федерации по охоте – соколиной, с борзыми, с лошадьми и т.д. Это часть культуры, которую интересно сохранять, изучать. Одно дело – по книгам, совсем иное – погрузиться реалии другой исторической эпохи. Надеть костюм, услышать и распознать сигналы рога, пообщаться с собаками. В Англии, Франции например, гордятся своими охотничьими традициями. А мы о российском достоянии забыли.

- Как вы планируете развивать продукт?

- Есть планы оформить в аренду охотугодья и построить свой туркомплекс. Сейчас мы переезжаем на новую площадку в село Новотырышкино. Это километров 20 от Белокурихи, рядом с «Сибирским подворьем», популярной событийной площадкой. Там, помимо псарни, одним из первых объектов станет музей русской охоты. Планируем, что гости Белокурихи будут приезжать к нам на однодневные экскурсии. Рядом есть гостиница «Алтай Green», где могут разместиться участники наших двух-трехдневных программ.

Беседовала Анна Вальцева, RATA-news

• Интервью